29 октября 2020, четверг
Областные новости
29.10.2020
Руководители национально-культурных автономий Пензенской области 3 ноября в 11:00 напишут Большой этнографический диктант.
29.10.2020
Обсуждение состоялось в режиме видеоконференции.

Власть, общество

13.10.2020

«Мы хороним солдат, возвращая долги погибшим!»

В «Сурской правде» от 4 сентября была опубликована заметка под названием «Наш земляк погиб в Калужской области», в которой сообщалось, что в ходе проведения поисковых работ в июле 2020 года в Боровском районе Калужской области была обнаружена ложка с фамилией Пигеев. Было установлено, что красноармеец Дмитрий Алексеевич Пигеев, 1919 года рождения, проживал на территории Чертеимского сельсовета и призывался Лунинским райвоенкоматом. И вот, спустя 79 лет, останки нашего земляка и ещё 263 солдат Великой Отечественной войны, героически сражавшихся и погибших в жесточайших боях за оборону Москвы, были торжественно перезахоронены в Братской могиле в селе Добрино Калужской области.

Три поколения – дочь погибшего Нина Дмитриевна Серова, внучка Елена Васильевна Пугачёва и правнук Илья – присутствовали 17 сентября на перезахоронении солдата Дмитрия Алексеевича Пигеева.
Накануне Дня пожилого человека с ведущим экспертом администрации Лунинского района Олегом Лаврентьевым, который непосредственно занимался поиском родственников погибшего, мы побывали в селе Сосновка Бессоновского района, в доме 81-летней Нины Дмитриевны, поздравили её с Международным днём и попросили поделиться впечатлениями от поездки.
 
Предыстория
В  сентябре в администрацию Лунинского района поступила информация о том, что в ходе поисковых работ захоронений времён Великой Отечественной войны найдены останки  бойцов. В  голенище валенка у одного солдата была обнаружена подписанная ложка с фамилией Пигеев. Было установлено, что красноармеец 93-й стрелковой дивизии, телефонист Дмитрий Пигеев погиб 23 декабря 1941 года в бою под селом Иклинское. Он считался убитым, но неувековеченным. Были организованы поиски родственников солдата по архивным документам, которые, к сожалению, не дали никаких результатов. Поиски продолжались, и была найдена дочь Нина Дмитриевна Серова, проживающая в селе Сосновка Бессоновского района, внучка Елена Пугачёва – директор Чемодановской средней школы и правнук Илья – житель Санкт-Петербурга. Дали о себе знать и внучатые племянники, живущие в нашем районе.
  
«Мы не могли не поехать!» 
– На семейном совете решили поехать на перезахоронение. Несмотря на почтенный возраст, мама тоже собралась в дорогу. Уже в Москве, по прибытии поезда, нас встретили представители молодёжного объединения «Память». Они доставили нас до места, где шли суровые и ожесточённые бои за оборону Москвы. Ранее, по словам наших гидов, в этих местах были поля, а сегодня находится пруд, который образовался, скорее всего, после взрывов и бомбёжек, красивая роща и братская могила с надписью: «Имя твоё неизвестно, но подвиг бессмертен!», – начала свой рассказ внучка солдата Елена Васильевна Пугачёва. – Именно здесь в кровопролитном бою сражался мой дед. На душе было как-то не по себе. Мама, не скрывая своих эмоций, припадая к земле, горько рыдала и оплакивала деда. Не могла и я сдержать слёз.  Нам рассказали о том, как в неравном бою до последнего снаряда и патрона бились наши солдаты. А уже 4 января в Боровске над городской площадью взвился красный флаг. Я невольно подумала: а сколько ещё неизвестных солдат, геройски погибших, остаётся лежать в сырой земле и на дне озёр? Но после общения с поисковиками я уверена в том, что, пока не будет похоронен последний солдат, эти  энтузиасты не прекратят поднимать из земли останки безымянных, но незабытых солдат, павших во имя нашего будущего.  
В  конце траурной церемонии поисковики рассказали   историю, которая нас поразила.   Поисковые работы подходили к концу, как вдруг поднялся сильный ветер, и пошёл сильный дождь. Деревья гнулись буквально до земли. Дождь то стихал, то с новой силой начинал лить. Через мгновение всё утихло, и на небе появилась радуга.  Ребята стали собирать орудия труда и наткнулись на медальон с именем солдата. А в небесах появился журавль, который своим курлыканьем словно обращался к тем, кто остался ещё лежать в земле…
Спасибо, что вернули имя отца и деда
– Среди 26 гробов я отыскала гроб отца.  Я не верила своим глазам и всё думала: как же всё это получилось? Разве возможно всё это? Огромное спасибо поисковым отрядам и всем, кто помог найти останки моего отца. Теперь мы знаем, что он похоронен по-человечески и со всеми почестями.  У нас есть возможность преклонить пред ним колено и бросить в его могилку горсть родной земли, – со слезами на глазах говорит дочь красноармейца.
По словам моих собеседников, на церемонии перезахоронения было очень многолюдно: руководство местной администрации, поисковые отряды, представители военного комиссариата, следственного комитета, регионального отделения ДОСААФ России по Калужской области, учащиеся школ, кадеты, местные жители.
– Были почётный караул и оружейный залп. Мы благодарны поисковым отрядам «Звезда» (г. Боровск), «Память» (г.  Обнинск) и «Туман» (г. Малоярославец), представителям власти и всем тем, кто был задействован в увековечивании памяти погибших в годы той страшной войны. Это нужно, прежде всего, нам, ныне живущим,  –   продолжает внучка погибшего – За патриотическое воспитание молодёжи поисковым отрядам я вручила благодарственные письма.
Детство, опалённое войной
Нина Дмитриевна рассказала о том, что её отец рос и воспитывался в многодетной семье.
– Когда ему исполнилось 17 лет, он женился на маме – Марии Фёдоровне. А когда я родилась, отцу было 19 лет,  шёл 1938 год.  Мне исполнилось 9 месяцев, отца призвали в армию на 3 года. Служил он в Чите, оттуда присылал мне гостинцы, ботинки и платье. И уже осенью мы ждали его возвращения домой, но началась война, и его отправили на фронт. Он писал нам письма химическим карандашом и рассказывал, что идут кровопролитные бои за Родину.  А в декабре 1941 года в наш дом пришла страшная весть. Я хорошо помню этот момент, как мама сидела за столом и сильно плакала. Я её спросила, почему она плачет, на что она ответила: «Отца убили». В извещении (я его до сих пор храню) на имя мамы было написано, что красноармеец Пигеев Дмитрий Алексеевич, уроженец Пензенской области, в бою за социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, был убит 23.12.1941 года, похоронен в роще северо-восточнее 600 метров села Иклинское Боровского района Калужской области. В годы войны мама работала на лесоповале, валила лес. К нам на постой хотели поставить пленных немцев, которые были задействованы на строительстве дороги, но она категорически от них отказалась. Жили тяжело. На салазках ездили в лес за дровами. Мы были обуты в ступни и в лапти. Из лебеды, липы и клевера мама пекла лепёшки. Чуть-чуть туда добавляла муки и картошки.  Стакан соли стоил 400 рублей. Чтобы как-то продержаться, она пешком ходила в Вышелей и там меняла свои платья на ведро картошки.  А ещё ходила за Лунино за продуктовым набором, который давали семьям погибших. 
Уже после войны в село вернулся солдат, который сказал маме: «Мария, не уберегли твоего мужа! Я сам видел, как Дима погиб! Я тебе расскажу». Но мама ничего не хотела слышать. Она продолжала ждать. И только в 1947 году она вышла замуж за вдовца Бориса Фёдоровича Канищева, уроженца Мценска Орловской области. Он был кадровым офицером. Перед войной овдовел. Когда ушёл на фронт, троих детей оставил у брата, но и его тоже вскоре забрали. Тогда дети оказались в детдоме, который захватили немцы. Два брата смогли убежать, попали к партизанам, которые снова определили их в детский дом, а дочку Аню с другими детьми немцы угнали в Германию. В 35-летнем возрасте наша Анечка умерла. Она была сильно простужена, когда жила в хлеву у немцев. 
Уже после войны Борис Фёдорович разыскал детей и по направлению был переведён в Пензенскую область. Вот так все вместе и стали жить. Он возглавлял обком партии, был мастером леса на Березенском лесозаводе. Он был хорошим отцом. Но мне часто снился мой родной отец – будто идёт мне навстречу сквозь туман на одной ноге, хромает, я хочу подойти к нему, а он тут же исчезает. О былом можно долго вспоминать, –закончила своё повествование дочь солдата.
Нина Дмитриевна после окончания Лунинской семилетки училась в Пензе на фельдшера. Затем работала диетсестрой в Кичкилейском детском санатории. Когда вышла замуж, переехала жить в Сосновку. Работала в ЛТП и Сосновском психоневрологическом интернате. Семь лет назад похоронила своего дорогого мужа Василия Максимовича Серова, с которым прожила в любви и согласии 55 лет. 
Но дом Нины Дмитриевны не бывает пустым, частые его гости – дети, внуки и правнуки.

Три поколения – дочь погибшего Нина Дмитриевна Серова, внучка Елена Васильевна Пугачёва и правнук Илья – присутствовали 17 сентября на перезахоронении солдата Дмитрия Алексеевича Пигеева.

Накануне Дня пожилого человека с ведущим экспертом администрации Лунинского района Олегом Лаврентьевым, который непосредственно занимался поиском родственников погибшего, мы побывали в селе Сосновка Бессоновского района, в доме 81-летней Нины Дмитриевны, поздравили её с Международным днём и попросили поделиться впечатлениями от поездки.

 

Предыстория

В  сентябре в администрацию Лунинского района поступила информация о том, что в ходе поисковых работ захоронений времён Великой Отечественной войны найдены останки  бойцов. В  голенище валенка у одного солдата была обнаружена подписанная ложка с фамилией Пигеев. Было установлено, что красноармеец 93-й стрелковой дивизии, телефонист Дмитрий Пигеев погиб 23 декабря 1941 года в бою под селом Иклинское. Он считался убитым, но неувековеченным. Были организованы поиски родственников солдата по архивным документам, которые, к сожалению, не дали никаких результатов. Поиски продолжались, и была найдена дочь Нина Дмитриевна Серова, проживающая в селе Сосновка Бессоновского района, внучка Елена Пугачёва – директор Чемодановской средней школы и правнук Илья – житель Санкт-Петербурга. Дали о себе знать и внучатые племянники, живущие в нашем районе.

  

«Мы не могли не поехать!» 

– На семейном совете решили поехать на перезахоронение. Несмотря на почтенный возраст, мама тоже собралась в дорогу. Уже в Москве, по прибытии поезда, нас встретили представители молодёжного объединения «Память». Они доставили нас до места, где шли суровые и ожесточённые бои за оборону Москвы. Ранее, по словам наших гидов, в этих местах были поля, а сегодня находится пруд, который образовался, скорее всего, после взрывов и бомбёжек, красивая роща и братская могила с надписью: «Имя твоё неизвестно, но подвиг бессмертен!», – начала свой рассказ внучка солдата Елена Васильевна Пугачёва. – Именно здесь в кровопролитном бою сражался мой дед. На душе было как-то не по себе. Мама, не скрывая своих эмоций, припадая к земле, горько рыдала и оплакивала деда. Не могла и я сдержать слёз.  Нам рассказали о том, как в неравном бою до последнего снаряда и патрона бились наши солдаты. А уже 4 января в Боровске над городской площадью взвился красный флаг. Я невольно подумала: а сколько ещё неизвестных солдат, геройски погибших, остаётся лежать в сырой земле и на дне озёр? Но после общения с поисковиками я уверена в том, что, пока не будет похоронен последний солдат, эти  энтузиасты не прекратят поднимать из земли останки безымянных, но незабытых солдат, павших во имя нашего будущего.  

В  конце траурной церемонии поисковики рассказали   историю, которая нас поразила.   Поисковые работы подходили к концу, как вдруг поднялся сильный ветер, и пошёл сильный дождь. Деревья гнулись буквально до земли. Дождь то стихал, то с новой силой начинал лить. Через мгновение всё утихло, и на небе появилась радуга.  Ребята стали собирать орудия труда и наткнулись на медальон с именем солдата. А в небесах появился журавль, который своим курлыканьем словно обращался к тем, кто остался ещё лежать в земле…


Спасибо, что вернули имя отца и деда

– Среди 26 гробов я отыскала гроб отца.  Я не верила своим глазам и всё думала: как же всё это получилось? Разве возможно всё это? Огромное спасибо поисковым отрядам и всем, кто помог найти останки моего отца. Теперь мы знаем, что он похоронен по-человечески и со всеми почестями.  У нас есть возможность преклонить пред ним колено и бросить в его могилку горсть родной земли, – со слезами на глазах говорит дочь красноармейца.

По словам моих собеседников, на церемонии перезахоронения было очень многолюдно: руководство местной администрации, поисковые отряды, представители военного комиссариата, следственного комитета, регионального отделения ДОСААФ России по Калужской области, учащиеся школ, кадеты, местные жители.

– Были почётный караул и оружейный залп. Мы благодарны поисковым отрядам «Звезда» (г. Боровск), «Память» (г.  Обнинск) и «Туман» (г. Малоярославец), представителям власти и всем тем, кто был задействован в увековечивании памяти погибших в годы той страшной войны. Это нужно, прежде всего, нам, ныне живущим,  –   продолжает внучка погибшего – За патриотическое воспитание молодёжи поисковым отрядам я вручила благодарственные письма.


Детство, опалённое войной

Нина Дмитриевна рассказала о том, что её отец рос и воспитывался в многодетной семье.

– Когда ему исполнилось 17 лет, он женился на маме – Марии Фёдоровне. А когда я родилась, отцу было 19 лет,  шёл 1938 год.  Мне исполнилось 9 месяцев, отца призвали в армию на 3 года. Служил он в Чите, оттуда присылал мне гостинцы, ботинки и платье. И уже осенью мы ждали его возвращения домой, но началась война, и его отправили на фронт. Он писал нам письма химическим карандашом и рассказывал, что идут кровопролитные бои за Родину.  А в декабре 1941 года в наш дом пришла страшная весть. Я хорошо помню этот момент, как мама сидела за столом и сильно плакала. Я её спросила, почему она плачет, на что она ответила: «Отца убили». В извещении (я его до сих пор храню) на имя мамы было написано, что красноармеец Пигеев Дмитрий Алексеевич, уроженец Пензенской области, в бою за социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, был убит 23.12.1941 года, похоронен в роще северо-восточнее 600 метров села Иклинское Боровского района Калужской области. В годы войны мама работала на лесоповале, валила лес. К нам на постой хотели поставить пленных немцев, которые были задействованы на строительстве дороги, но она категорически от них отказалась. Жили тяжело. На салазках ездили в лес за дровами. Мы были обуты в ступни и в лапти. Из лебеды, липы и клевера мама пекла лепёшки. Чуть-чуть туда добавляла муки и картошки.  Стакан соли стоил 400 рублей. Чтобы как-то продержаться, она пешком ходила в Вышелей и там меняла свои платья на ведро картошки.  А ещё ходила за Лунино за продуктовым набором, который давали семьям погибших. 

Уже после войны в село вернулся солдат, который сказал маме: «Мария, не уберегли твоего мужа! Я сам видел, как Дима погиб! Я тебе расскажу». Но мама ничего не хотела слышать. Она продолжала ждать. И только в 1947 году она вышла замуж за вдовца Бориса Фёдоровича Канищева, уроженца Мценска Орловской области. Он был кадровым офицером. Перед войной овдовел. Когда ушёл на фронт, троих детей оставил у брата, но и его тоже вскоре забрали. Тогда дети оказались в детдоме, который захватили немцы. Два брата смогли убежать, попали к партизанам, которые снова определили их в детский дом, а дочку Аню с другими детьми немцы угнали в Германию. В 35-летнем возрасте наша Анечка умерла. Она была сильно простужена, когда жила в хлеву у немцев. 

Уже после войны Борис Фёдорович разыскал детей и по направлению был переведён в Пензенскую область. Вот так все вместе и стали жить. Он возглавлял обком партии, был мастером леса на Березенском лесозаводе. Он был хорошим отцом. Но мне часто снился мой родной отец – будто идёт мне навстречу сквозь туман на одной ноге, хромает, я хочу подойти к нему, а он тут же исчезает. О былом можно долго вспоминать, –закончила своё повествование дочь солдата.

Нина Дмитриевна после окончания Лунинской семилетки училась в Пензе на фельдшера. Затем работала диетсестрой в Кичкилейском детском санатории. Когда вышла замуж, переехала жить в Сосновку. Работала в ЛТП и Сосновском психоневрологическом интернате. Семь лет назад похоронила своего дорогого мужа Василия Максимовича Серова, с которым прожила в любви и согласии 55 лет. 

Но дом Нины Дмитриевны не бывает пустым, частые его гости – дети, внуки и правнуки.

Оставить комментарий